Я тяжело вздохнул и закатил глаза.
Был 1978 год, и я участвовал в одном из своих первых приключений в подземельях. Вёл игру мой школьный друг Джон Скотт Клегг, и она была типичной для того времени: исследование нагромождения помещений, соединённых коридорами, битвы с чудовищами, поиски сокровищ и накопление опыта.
Мы завернули за угол — и там стоял вампир.
И вот перед нами случайная сцена номер тридцать четыре: вампир. Не Вампир с большой буквы, а просто очередное чудовище со-столькими-то-костями-здоровья-и-таким-то-классом-брони. Обычный обитатель подземелья.
Я помню, как тогда подумал: «А что он тут делает?» Это существо совершенно не вписывалось в мир, населённый кобольдами, орками и желатиновыми кубами. Вампир заслуживал собственного мира и истории — он не должен быть просто ещё одной бродячей тварью в коридорах подземелья. Вернувшись домой после игры, я поделился своими мыслями с Лорой.
Так родился Страд фон Зарович.
Страд не должен был остаться на вторых ролях — он нуждался в собственной истории, полномасштабной и драматичной. Мы с Лорой погрузились в изучение мифов и преданий о вампирах. Чёрно-белый образ Белы Лугоши из фильма 1931 года стал нашей отправной точкой, но вскоре мы вышли за его рамки.
Первым «современным» литературным воплощением вампира стало произведение Джона Уильяма Полидори, основанное на наброске истории, написанной лордом Байроном. Это произошло на вилле Диодати — съёмном доме на берегу Женевского озера в Швейцарии, где Байрон и Полидори встретились с Мэри Уолстонкрафт Годвин и её будущим мужем Перси Шелли. В одну из июньских ночей Байрон предложил каждому написать историю о привидениях. Мэри Шелли в итоге создала Франкенштейна. А Джон Полидори написал рассказ «Вампир», опубликованный в 1819 году. Полидори был личным врачом Байрона, и образ первого из так называемых «романтизированных» вампиров — лорда Рутвена — был списан с самого Байрона.
Образ Байрона, подобно вдохновлённым им литературным вампирам — от лорда Рутвена Полидори до шедевра Брэма Стокера, — таил в себе порочного хищника, насильника, скрывающегося за романтическим флёром. Привлекательный, обольстительный… но всё же чудовище. На заре жанра романтизированный вампир был не просто деспотичным супругом, но настоящим убийцей, олицетворением разрушительной зависимости.
Именно эти черты мы с Лорой положили в основу образа Страда фон Заровича — эгоистичного зверя, вечно таящегося за маской трагичного романтизма, иллюзии искупления, которая служит лишь приманкой для его жертв.
Изначально мы собирались назвать приключение «Vampyr» — это должно было стать частью серии игр «Nightventure», которую мы с Лорой самостоятельно издавали в 1978 году. Замок носил название Рейвенлофт, и каждый год на Хэллоуин наши друзья снова просили нас сыграть в «ту самую игру про Рейвенлофт»… Так победило более удачное название. Отчасти благодаря этой разработке меня в 1982 году пригласили в TSR, Inc. писать приключения для Dungeons & Dragons. Вскоре было издано I6 «Рейвенлофт».
С тех пор Баровия пережила множество интерпретаций в разных изданиях (к слову, совершенно случайно это название фигурирует в фильме 1947 года «Там, где жизнь» с Бобом Хоупом). «Рейвенлофт» остаётся одним из самых популярных приключений в истории Dungeons & Dragons. В каждом новом переосмыслении авторы привносили нечто своё в древнюю легенду о Страде, и мы благодарны каждому из них.
Но в последние годы образ вампира сильно изменился. Теперь он часто воплощает полную противоположность изначальному архетипу — ложь о том, что любовь может приручить чудовище. Стоит достаточно сильно полюбить монстра, и он изменится.
Когда Кристофер Перкинс предложил нам снова заняться «Рейвенлофтом», мы с Лорой решили напомнить читателям, что истории о вампирах изначально были предостережением. Члены команды Wizards of the Coast не только внимательно отнеслись к нашим идеям, но и вовлекли нас в дискуссию, которая позволила по-новому взглянуть на кошмар, происходящий по ту сторону ворот Баровии.
Теперь мы вновь приглашаем вас ступить под мрачные своды Сваличских лесов… если, конечно, осмелитесь. Ведь здесь романтика смертельно опасна, а настоящее чудовище встречает вас с улыбкой.
Трейси Хикмен
Май 2015
